На главную страницу сайта   

NONCOMMERCIAL USE ONLY
ТОЛЬКО ДЛЯ НЕКОММЕРЧЕСКОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ



ФА-ЦЗЯ
(Школа Закона)


(VI–III вв. до н. э.)

 
     Иероглифическая запись
  сочетания фа-цзя.


«Существует четыре [пути] гибели государства.

[1] Приказы вообще не издаются — это называется уничтожением.

[2] Приказы издаются, однако по пути задерживаются — это называется загораживанием.

[3] Чувства народа вообще на доходят до правителя — это называется преградой.

[4] Народные чувства доходят до правителя, но по пути задерживаются — это называется посягательством.

Закон не установлен — вот причина, вследствие которой появляются уничтожение и посягательство, загораживание и преграда.»


Чуть не про нас, правда? А писано давно, 27 веков тому... Это Китай, школа, носящая название фацзя или, если по-европейски, — легисты, т. е. «законники».

Так уж сложилось, что за редким исключением все дрекнекитайские философские школы, занимаясь каждая своими проблемами, непременно так или иначе выходили на вопросы управления государством, т. е. на том или ином этапе рассуждения предлагали определенную систему рекомендаций «власть имеющим». Иными словами, их занимали не абстрактно-философские вопросы объективной картины мира, не проблемы бытия, а проблемы быта — человека и человеческого общества.

И если одно, условно говоря, «левое» крыло в этом вопросе занимали даосы, рекомендовавшие правителю просто-напросто устраниться от активного вмешательства в жизнь страны и народа, полагаясь на «естественность», присущую всему сущему изначально, то полярное им «правое» крыло занимали «законники» школы фацзя.

Как же толковали столь важную социальную и этическую категорию закона философы, поставившие его во главу своего учения?

Послушаем их самих:

«Если править страной, применяя закон, то достаточно устанавливать и устранять, и это все...»

"Если существуют нормы для определения, то невозможно использовать хитрость и мошенничество, чтобы обманывать; существует безмен для взвешивания, и невозможно использовать разницу в весе, чтобы обманывать...»

«Прежние правители, управляя страной, не давали воли желаниям вне дозволенного законом и не проявляли снисходительности в сфере закона...»

«И хотя правитель лично не занимается делами, это возможно, так как он придерживается закона, действующего вместо него...»

«Чтобы чиновники оценивали выполнение своих обязанностей, нужна не любовь, а наказания...»

«В древности люди были просты и потому честны, ныне же они хитры и потому нечестны. Поэтому, если следовать древности, то в делах управления надлежит исходить прежде всего из добродетели, если же следовать современности, необходимо прежде всего иметь закон о наказаниях...»

«В образцово управляемом государстве много наказаний и мало наград. Поэтому в государствах, стремящихся к владычеству в Поднебесной, каждым девяти наказаниям соответствует одна награда...»

Это наиболее общая часть, сердцевина учения фацзя. Давайте попробуем вычленить из услышанного то, каким представлялся человек философам этой школы? Каким они его видели?

Да, это действительно особая по своему отношению к человеку философская школа, ее представители утверждали в своих текстах неизменность злой природы человека, которую можно держать в рамках лишь наказаниями и страхом. Как же при этом будет выглядеть история человечества? А вот как:

Шан Ян, первый крупный теоретик и практик фацзя, разделяет три периода в жизни общества:

1) корыстолюбия;

2) человеколюбия;

3) законолюбия.


(Ни слова, если заметили, без «любия»...)

В первый период, когда «люди знали своих матерей и не знали отцов», господствовало «стремление отделить своих от чужих», смута.

Во второй период, по Шан Яну, смуту порождало «соперничество мудрых».

В третий — были созданы социальные разграничения, узаконения, запреты, чиновники и как глава их — государь. Меняется не только общество, но и сами люди: « В древности они просты и потому честны; ныне же они хитры и потому нечестны». Потому раньше можно было управлять людьми исходя из добродетели, но теперь — нет. Теперь «прежде всего — законы о наказаниях».

Здесь возникает интересный конфликт. Дело в том, что Китай всегда (даже не будучи еше политически цельным государством) был страной традиций. Традиция для китайца — это очень много, практически — всё. И как правило, все философы Китая, адресуясь к современности, опирались в своих суждениях и выводах исключительно на древних. И вдруг — «школа закона; устами своего основателя Шан Яна заявляет:

«Если следовать древности, то в делах управления надо исходить из добродетели, если же следовать современности — прежде всего законы о наказаниях».

Ересь, крамола!

Нет, говорит Шан Ян. Он ясно представляет себе, на что отважился:

«Тот, кто идет наперекор древности, не обязательно заслуживает осуждения»;

«Чтобы принести пользу государству, не обязательно подражать древности»;

«С человеком, который ограничен законами, не стоит говорить о переменах»,

ведь

«мудрый творит законы, а глупый ограничен ими».

На перемены нашего философа толкает и то, что происходит в Поднебесной:

«В нынешний век могущественные государства стремятся объединиться, а слабые — сохраниться. Это означает, что ныне дела обстоят совсем не так, как в глубокой древности», а «путь, благодаря которому можно стать правителем, — всемерное возвеличивание закона».

Да, если уточнить провозглашаемое адептами фацзя, то их закон — не новая Истина, не новое знание, а просто новый, более жесткий Уголовный кодекс, новое, более нещадное Законодательство, и чем более оно нещадно — тем более истинно.

Итак, в системе управления законники целиком отказались от убеждения, т. е. от принуждения нравственного, и перешли к политике принуждения правового, стимулируемого наказаниями. Совесть при этом из обихода устраняется и заменяется страхом. Отбрасываются наивные представления о государстве как большой семье и упраздняются личные отношения между людьми, заменяясь отношениями правовыми. Место добродетельных мудрецов занимают чиновники разных рангов, место добродетельного правителя/вана — так называемый гегемон/ба, для которого не существует ничего, что было бы выше его воли. Источник законов — он. Ни воля Неба, ни примеры предков, ни воля народа... Гегемон — воплощение единства страны и единой цели: сплотить весь народ во имя достижения государственного могущества, ради победы в «борьбе царств» и покорения Поднебесной. Всё — ради воссоединения Китая.

Ради этого изгоняются излишества, упраздняется искусство, пресекается разномыслие, уничтожается философия...

IV–III вв. до н. э.

Земледелие и война — вот на что должно опираться государство, ради чего оно существует. Законники завершают происходивший в Китае этого периода процесс обесценивания знатности. Выдвигается концепция равных возможностей, согласно которой должности замещаются не именитыми людьми по наследству, а просто способными, отвечающими требованиям того бюрократического аппарата, который законники поставили на место старой системы родственных и вообще личных отношений.

Стала важной концепция унификации мышления чиновников, а тем самым и всего народа. И наконец, легисты выдвигают концепцию круговой поруки и личной ответственности чиновников, а тем самым и всего народа. Институт всевластных цензоров («юй ши») надзирает над чиновниками, а позднее этот надзор рапространяется и на самого императора.

Вы думаете, это осталось на бумаге?

Как бы не так.

Шан Ян (его подлинное имя — Гунсунь Ян), первый крупный теоретик и практик легизма,возвысился в царстве Цинь, став советником циньского вана. Получив в качестве награды правление областью Шан, Гунсунь Ян и стал называться Шан Яном, под каким именем он и вошел в историю. И начинаются обширные реформы. Они касаются почти всех областей жизни. Так, в частности, в области управления вводится система круговой поруки и взаимных доносов. Государство отныне вмешивается как в экономику, так и в личную жизнь людей.

Шан Ян прожил 52 года.

Вы думаете, как он кончил?

Увы, был казнен.

Как только умер его покровитель, Шан Яну пришлось бежать в провинцию, спасаясь от гнева народа. Но никто, следуя его же системе взаимной отвественности, не соглашался укрыть его от преследователей. Наротив, согласно его же собственному принципу, он был выдан и...

Человек, признававший единственную добродетель, ту, которя ведет свое происхождение от наказаний, был разорван колесницами.



Еще одна биография.

Время чуть более позднее: конец III-го века до н.э.

Период «борющихся царств» окончен. У власти в едином уже Китае император Цинь Шихуан. При нем легизм восторжествовал во всем Китае. Введено единое законодательство, единые денежные единицы, единая система мер, единая письменность. Создан единый гигантский военно-бюрократический аппарат...

Легист Ли Сы представляет императору законопроект, в котором сказано:

«Вы, государь, объединили Поднебесную, отделили белое от черного и установили единопочитание единого императора. В такое время частные школы творят беззаконие. Стоит им узнать, что издается тот или иной указ, как они начинают истолковывать его по-своему. Во-первых, этим они смущают собственную душу, а во-вторых,возбуждают кривотолки. Они осмеливаются осуждать деяния повелителя, возбуждая незаконные интересы и, возглавляя толпу, сеют клевету. Если не запретить эти частные учения, то государь может потерять авторитет, и среди его подданных будут сколачиваться группировки. Поэтому благоразумнее всего закрыть частные учения. Я просил бы изъять все имеющиеся литературные произведения, книги стихов, исторические издания и сочинения всех философов. Тех, кто через тридцать дней после оглашения этого труда не сдаст книги, ссылайте на каторжные работы. Можно не изымать лишь медицинские, гадательные и сельскохозяйственные книги. Люди, желающие учиться, пусть учатся у ваших чиновников».

Законопроект был принят. Сотни философов были утоплены в нужниках. Большинство книг сожгли. За их утайку кастрировали и отправляли на строительство Великой китайской стены. Дисциплина стала образцовой. За недоносительство казнили, доносчиков награждали и повышали в должности. Управлять стало легко. Но... сам император заболел манией преследования, и Ли Сы, автор законопроекта, был казнен на базарной площади, а его родня полностью уничтожена. При похоронах императора были умервщлены все его бездетные жены, а строители гробницы были замурованы живьем вместе с покойным правителем. Вскоре империя пала. С 206-го г. до н. э. начинается период Хань. Новая династия восстанавливает традицию. Восстанавливаются сожженные книги, в основном — по памяти. Период Цинь — единственный в истории Китая, когда была порвана связь с традицией.

Нам осталось заметить, что все крупные легисты кончили свою жизнь печально — они пали жертвами того насилия, которое сами же насаждали.

Поучительные биографии пишет история. Их стоит знать, чтобы не повторять.

Банальная мысль?

Слишком банальная, похоже, чтобы быть принятой к сведению теми, кто сам пытается писать историю.



Использованная литература

1. ДРЕВНЕКИТАЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ в 2-х тт., т. 1, М.: 1972

2. ИСТОРИЯ КИТАЙСКОЙ ФИЛОСОФИИ; Пер. с кит., М.: Прогресс, 1989.

3. Чанышев А. Н. НАЧАЛО ФИЛОСОФИИ, М.: 1982.


© Yu Kan,
текст, 1995;
дизайн, кодинг, 2005.

   Цикл популярных лекций по восточной философии   

  На главную страницу сайта