На главную страницу сайта   

NONCOMMERCIAL USE ONLY
ТОЛЬКО ДЛЯ НЕКОММЕРЧЕСКОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ



ИНЬ-ЯН ЦЗЯ
(Школа Инь и Ян)


(IV в. до н. э.)

 
     Иероглифическая запись
  сочетания инь-ян цзя.

Китайская философия, об одной из школ которой пойдет сегодня речь, как и любая другая философия содержит ряд базовых понятий-категорий, возникших у истоков зарождения представлений об окружающем мире и впоследствии развиваемых в той или иной степени различными философскими школами. И вот для школы, о которой речь сегодня, основу составили два неразделимо-антагонистических понятия Инь и Ян, давших название самой этой школе: инь-ян цзя, где цзя в переводе на язык родимых нам осин означает просто «школа», «течение».

В иероглифическом написании Инь и Ян выглядят так, как показано на рисунке справа. Исходные их значения — «пасмурная и солнечная погода» или «теневая и солнечная стороны чего-либо (ущелья, горы...)», но впоследствии китайские мыслители использовали эту пару понятий для философского обозначения множества противоположных и взаимодополняющих, но и взаимоисключающих явлений, выведя их, по сути, на уровень двух взаимообращающихся начал Мироздания, обеспечивающих динамическую полярность всех возможных пар оппозиций. Вы, возможно, сможете сами привести примеры таких оппозиционных пар.

Так вот, при этом Ян, достигнув предела, превращается в Инь, а Инь, достигнув предела, — в Ян. Так и живем. Отсюда и жизнь — полосатая, только полоски эти порой не так четки и очевидны, как, скажем, на зебре. Есть не только ночь и день, но и утро — вечер. И на всякое явное ясное Ян есть свое тайное смутное Инь, причем так — везде и всегда.

Сами Инь и Ян являются порождениями Великого или Высшего Предела, так называемого Тайцзи (см. анимированное изображение Тайцзи на титульной странице сайта), где Тай — «высший», а цзи, соответственно, — «предел», и встречаются они еще в одной из первокниг китайской философии — Книге Перемен или Ицзин. Позднее, вероятно где-то в VII–V вв. до н. э. теория Инь и Ян дополняется понятием Ци, играющим роль энергетической первосубстанции, жизненной силы, обеспечивающей жизненность всех форм Инь и Ян, а чуть позже — уже в V–III вв. до н. э. возникает концепция пяти первоэлементов или пяти стихий: У-син (где У — пять), придающих материальность или явленность началам Инь и Ян и плотскую плотность всему этому миру.

И вот наконец между 300 и 200 годами до н. э. в одном из царств древнего Китая возник «Дворец науки» или, говоря современным языком, Академия, названная Цзися, т. е. «У западных ворот», где местным царем/ваном были собраны ученые, представители «соперничающих школ» в количестве около тысячи человек, более семидесяти из которых занимали высокое положение, «им были пожалованы подворья, они занимали должности старших советников и, не участвуя в делах управления, участвовали только в обсуждении дел» (Сыма Цянь, «Исторические записки», гл. 46).

Другими словами, были созданы уникальные условия для развития философии, аналогов чему в истории немного, пальцев одной руки хватит, что не замедлило сказаться. И одним из тех, кто был приглашен в Академию, был уроженец этих же мест, некто Цзоу Янь, получивший по китайской традиции впоследствии прозвище Цзоу-цзы, т. е. Учитель Цзоу. Он-то и стал основателем школы Инь-Ян цзя или, как принято пространно переводить на русский, «школы о началах Инь и Ян и пяти первоэлементах». Иногда философов этой школы называют в Европе натурфилософами, что неточно, как и любая другая попытка подменить китайские термины и понятия европейскими.

Увы, но в силу разных причин история не сохранила для нас не только ни одного полного текста Цзоу-цзы (а он, как свидетельствуют современники, был автором плодовитым), но даже сколь-нибудь пространного фрагмента этих утраченных текстов. И это при том, что, как рассказано в одном из текстов, «когда он [Цзоу-цзы] прибыл в княжество Чжао, то Пинъюань-цзюнь сопровождал его, идя сбоку дорожки, а на приеме поправлял его циновку; когда он прибыл в княжество Янь, то яньский Чжао-ван, взяв в руки метелку, расчистил перед ним дорожку и просил дозволения войти в число его учеников, чтобы воспринять учение. Ван построил дворец Цзешигун и лично ввел туда Цзоу Яня в качестве учителя». Иными словами, при жизни Учитель Цзоу был весьма и весьма почитаем власть имеющими, в отличие от того же Конфуция или чуть менее известного Мэн-цзы, чьи тексты в той или иной степени, но сохранились все же прилично. Впрочем, истории виднее, она, может быть, воздает после смерти недоданное при жизни.

Что же до текстов, то судить о них и об учении Инь-Ян цзя нам придется по косвенным свидетельствам. Вот, к примеру, что говорил о школе Инь-Ян один из историографов древнего Китая:

«Школа Инь-Ян берет свое начало от чиновников Си и Хэ. Она следует за Великим Небом, опирается на знамения, даваемые Солнцем, Луной и созвездиями, наставляя народ устанавливать сроки, в этом ее достоинство. Если твердолобый чиновник будет осуществлять это учение, он будет связан множеством запретов, погрязнет в мелочах, отбросит людские дела и будет служить чертям и духам».


Что мы можем извлечь из этой краткой и вполне отстраненной характеристики интересующей нас школы?

Во-первых, здесь отсутствует имя родоначальника школы, но зато упомянуты некие «чиновники Си и Хэ». Кто такие? Дело в том, что в китайской мифологии существовала богиня Си-хэ, родившая десять солнц и по очереди вывозившая своих детей-солнц на небо в колеснице, запряженной шестеркой драконов. Позднее она неким загадочным образом преобразилась в двух чиновников-астрономов (что, очевидно, соответствует более просвещенному взгляду на мир), ведавших календарем и наблюдением за небесными явлениями. Однако Солнце фигурирует и здесь: Си и Хэ, согласно легенде, были казнены за то, что не сумели предсказать солнечное затмение.

О чем говорит присутствие здесь этих персонажей? Вероятно, философы Инь-Ян цзя и сам Цзоу Ян серьезно занимались астрономией, если не астрологией, ведь далее по тексту: «следует за Великим Небом, опирается на знамения, даваемые Солнцем, Луной и созвездиями...» Нет, без астрологии здесь явно не обошлось.

Любопытен и конец отрывка:

«Если твердолобый чиновник будет осуществлять это учение, он будет связан множеством запретов, погрязнет в мелочах, отбросит людские дела и будет служить чертям и духам».


Спросим себя, основываясь на услышанном: а не грешили ли адепты учения, плюс ко всему, еще и оккультными искусствами?..

Да, жаль, что не сохранилось текстов.

И еще одно свидетельство о Цзоу Яне и его учении:

«... Цзоу Янь видел, что владеющие государством не в состоянии почитать добродетель, все больше разврата и роскоши. Ведь если [...] упорядочить собственное поведение, то это распространится и на простой народ. Тогда Цзоу Янь тщательно рассмотрел законы роста и убывания природных сил Инь и Ян и составил труд об изменчивости удивительного и далекого, в главах которого [...] содержалось более ста тысяч иероглифов. Его слова были широкими и неканоническими, он сначала брал для подтверждения своих суждений мелкое, а затем распространял наблюдения на крупное, доходя до бескрайне далекого. Цзоу Янь начинал изложение с настоящего и шел в глубь веков вплоть до Хуан-ди, говоря об общеизвестных вещах для тех, кто учился. [...] Он в конечном счете доходил до самых истоков, когда Небо и Земля еще не появились и царил глубокий мрак, в котором ничего нельзя было различить».


И далее — географическая часть учения:

«Прежде всего он перечислил знаменитые горы и великие потоки Срединных княжеств, горные долины и проходы, диких животных, все, что порождали вода и земля, все чудесное и редкостное в мире сущих. Затем, идя вширь, он дошел до заморских земель, которые человек не мог увидеть. Так он приводил людей к пониманию того, что с того времени, как Небо и Земля раскрылись и разделились, пять добродетелей-стихийных сил меняются в вечном кругообороте.

[...] Ваны, гуны и другие сановники, впервые узнав об учении Цзоу Яня, изумились, а затем по зрелом размышлении стали менять свое к нему отношение, однако впоследствии никто так и не смог провести его учение в жизнь».

Сыма Цянь «Исторические записки»

Иными словами, в своих писаниях Цзоу-цзы развил необычное для своего времени учение о космосе и человеческой истории, подкрепленное полетом фантазии или — работой «третьего глаза». Он широко пользовался заключениями по аналогии. Писал, например, что в космосе попеременно возрастают-убывают начала Инь и Ян, образуя периодические циклы, в истории же повторяются циклы расцвета-упадка и цикл пяти элементов, последовательно побеждающих друг друга:

Дерево побеждает Землю,

Земля побеждает Воду,

Вода побеждает Огонь,

Огонь побеждает Металл,

Металл побеждает Дерево,

и все — сначала.

Распространив принцип кругового взаимопорождения/взаимоуничтожения пяти движущих начал у-син на человеческое общество, он выдвинул теорию о «круговороте моральных качеств пяти движущих начал» (название одного из его трактатов). При этом каждый «божественный властитель» (то есть — царь/ван) правит от имени одного из пяти элементов/стихий, которому соответствует один из пяти цветов.

Хуан-ди правил от имени Земли; цвет его — ... [желтый],

Юй — от имени Дерева; цвет его — ... [зеленый],

Чэн-Тан — от имени Металла; цвет — ... [белый],

Вэнь-ван — от имени Огня; цвет — ... [красный],

следующий император должен был править от имени Воды и сделать официальным цветом — ... [черный].

Китай — Серединное (в представлении конфуцианцев) государство, — не казался ему находящимся в центре мира; по его мнению он составлял лишь 1/81-ю часть мира (или всей Поднебесной) и расположен на Божественном континенте красного района, занимающего юго-восточную часть мира. А всего таких континентов девять и каждый из них подобен той Поднебесной, которую знают китайцы, и омывается четырьмя морями, причем континенты эти изолированы друг от друга естественными преградами так, что ни люди, ни звери, ни птицы не могут попасть с одного на другой. И, наконец, девять континентов окружены Великим Океаном, в котором есть место, где встречаются Небо и Земля.

Что еще добавить ко всему этому? Считалось, что к фантазиям Цзоу Янь прибегнул, дабы поразить воображение князей мира и благодаря этому провести в жизнь те идеи, приверженцем которых он был. А был он, как уже упоминалось, судя по всему, если не вполне даосом, то уж точно сторонником даосской традиции: человеколюбия, справедливости, умеренности и бережливости, чем отличался от прямолинейного Конфуция и его последователя Мэн-цзы.

Самое же интересное, что учение Цзоу Яня, при жизни его противопоставлявшееся теориям конфуцианцев, позднее вошло составной частью в то самое конфуцианство.



Использованная литература

1. «Древнекитайская философия». Эпоха Хань. / Антология. М.: Наука, 1990.

2. «История китайской философии». Пер. с китайск. М.: Прогресс, 1989.

3. «Мифы народов мира» / Энциклопедия в 2-х тт., т. 2. М.: Сов. энциклопедия, 1982.

4. «Философский энциклопедический словарь». М.: Сов. энциклопедия, 1983.


© Yu Kan,
текст, 1995;
дизайн, кодинг, 2005.

   Цикл популярных лекций по восточной философии   

  На главную страницу сайта